Глава 28

Online-библиотека



Глава 28

• Сомерсет Моэм •
• Театр •
• Глава 28 •



Через три дня Роджер уехал в Шотландию. Джулия приложила всю свою
изобретательность, чтобы больше не оставаться надолго с ним наедине. Когда
они случайно оказывались вместе на несколько минут, они говорили о
посторонних вещах. В глубине души Джулия была рада, что он уезжает. Она не
могла выкинуть из ума тот странный разговор, который произошел в день его
возвращения. Особенно встревожили Джулию его слова о том, что, если она
войдет в пустую комнату и кто-нибудь неожиданно откроет туда дверь, там
никого не окажется. Ей было от этого не по себе.
"Я никогда не считала себя сногсшибательной красавицей, но в одном мне
никто не отказывал - в моем собственном "я". Если я могу сыграть сто
различных ролей на сто различных ладов, нелепо говорить, что у меня нет
своего лица, индивидуальности. Я могу это сделать потому, что я -
чертовски хорошая актриса".
Джулия попыталась вспомнить, что происходит, когда она входит одна в
пустую комнату.
"Но я никогда не бываю одна, даже в пустой комнате. Рядом всегда Майкл,
или Эви, или Чарлз, или зрители, не во плоти, конечно, а духовно. Надо
поговорить о Роджере с Чарлзом"...
К сожалению, Чарлза Тэмерли не было в городе. Однако он скоро должен
был вернуться - к генеральной репетиции и премьере; за двадцать лет он ни
разу не пропустил этих событий, а после генеральной репетиции они всегда
вместе ужинали. Майкл задержится в театре, занятый освещением и всем
прочим, и они с Чарлзом будут одни. Они смогут как следует поговорить.
Джулия готовила свою роль. Она не то чтобы сознательно лепила персонаж,
который должна была играть. У нее был дар влезть, так сказать, в шкуру
своей героини, она начинала думать ее мыслями и чувствовать ее чувствами.
Интуиция подсказывала Джулии сотни мелких штрихов, которые потом поражали
зрителей своей правдивостью, но когда Джулию спрашивали, откуда она их
взяла, она не могла ответить. Теперь ей хотелось показать, что миссис
Мартен, которая любила гольф и была своей в мужской компании, при всем ее
кураже и кажущейся беззаботности по сути - респектабельная женщина из
средних слоев общества, страстно мечтающая о замужестве, которое позволит
ей твердо стоять на ногах.
Майкл никогда не разрешал, чтобы на генеральную репетицию приходила
толпа народу, а на этот раз, желая поразить публику во время премьеры,
пустил в зал, кроме Чарлза, только тех людей - фотографа и костюмеров, -
присутствие которых было абсолютно необходимо. Джулия играла вполсилы. Она
не собиралась выкладываться и давать все, что она может, до премьеры.
Сейчас достаточно, если ее исполнение будет просто профессионально. Под
опытным руководством Майкла все шло без сучка без задоринки, и в десять
вечера Джулия и Чарлз уже сидели в зале "Савоя". Первый вопрос, который
она ему задала, касался Эвис Крайтон.
- Совсем недурна и на редкость хорошенькая. Во втором акте она
прелестно выглядела в этом платьице.
- Я не хочу надевать на премьеру то платье, в котором была сегодня.
Чарли Доверил сшил мне другое.
Чарлз не видел злорадного огонька, который сверкнул при этом в ее
глазах, а если бы и видел, не понял бы, что он значит. Майкл, последовав
совету Джулии, не пожалел усилий, чтобы натаскать Эвис. Он репетировал с
ней одной у себя в кабинете и вложил в нее каждую интонацию, каждый жест.
У Джулии были все основания полагать, что он к тому же несколько раз
приглашал ее к ленчу и возил ужинать. Все это дало свои результаты - Эвис
играла на редкость хорошо. Майкл потирал руки.
- Я ею очень доволен. Уверен, что она будет иметь успех. Я уже
подумываю, не заключить ли с ней постоянный контракт.
- Я бы пока не стала, - сказала Джулия. - Во всяком случае, подожди до
премьеры. Никогда нельзя быть уверенным в том, как пойдет спектакль, пока
не прокатишь его на публике.
- Она милая девушка и настоящая леди.
- "Милая девушка", вероятно, потому, что она от тебя без ума, а
"настоящая леди" - так как отвергает твои ухаживания, пока ты не подпишешь
с ней контракта?
- Ну, дорогая, не болтай глупостей. Да я ей в отцы гожусь!
Но при этом Майкл самодовольно улыбнулся. Джулия прекрасно знала, что
все его ухаживания сводились к пожиманию ручек да одному-двум поцелуям в
такси, но она знала также, что ему льстят ее подозрения в супружеской
неверности.
Удовлетворив аппетит с соответствующей оглядкой на интересы своей
фигуры, Джулия приступила к предмету, который был у нее на уме.
- Чарлз, милый, я хочу поговорить с вами о Роджере.
- О да, он на днях вернулся. Как он поживает?
- Ах, милый, случилась ужасная вещь. Он стал страшным резонером, не
знаю, как с ним и быть.
Джулия изобразила - в своей интерпретации - разговор с сыном. Опустила
одну-две подробности, которые ей казалось неуместным упоминать, но в целом
рассказ ее был точен.
- Самое трагическое в том, что у него абсолютно нет чувства юмора, -
закончила она.
- Ну, в конце концов ему всего восемнадцать.
- Вы представить себе не можете, я просто онемела от изумления, когда
он все это мне выложил. Я чувствовала себя в точности как Валаам, когда
его ослица завязала светскую беседу.
Джулия весело взглянула на него, но Чарлз даже не улыбнулся. Ее слова
не показались ему такими уж смешными.
- Не представляю, где он всего этого набрался. Нелепо думать, будто он
своим умом дошел до этих глупостей.
- А вам не кажется, что мальчики этого возраста думают гораздо больше,
чем представляем себе мы, старшее поколение? Своего рода духовное
возмужание. Результаты, к которым оно приводит, часто бывают
удивительными.
- Таить такие мысли все эти годы и даже словечком себя не выдать! В
этом есть что-то вероломное. Он ведь обвиняет меня. - Джулия засмеялась. -
Сказать по правде, когда Роджер говорил со мной, я чувствовала себя
матерью Гамлета. - Затем, почти без паузы: - Интересно, я уже слишком
стара, чтобы играть в "Гамлете"?
- Роль Гертруды не слишком выигрышная.
Джулия откровенно расхохоталась.
- Ну и дурачок вы, Чарлз. Я вовсе не собираюсь играть королеву. Я бы
хотела сыграть Гамлета.
- А вы считаете, что это подходит женщине?
- Миссис Сиддонс играла его, и Сара Бернар. Это бы скрепило печатью мою
карьеру. Вы понимаете, что я хочу сказать? Конечно, там есть своя
трудность - белый стих.
- Я слышал, как некоторые актеры читают его, - не отличишь от прозы.
- Да, но это все же не одно и то же, не так ли?
- Вы были милы с Роджером?
Джулию удивило, что Чарлз вернулся к старой теме так внезапно, но она
сказала с улыбкой:
- Обворожительна.
- Трудно относиться спокойно ко всем глупостям молодежи; они сообщают,
что дважды два - четыре, будто это для нас новость, и разочарованы, если
мы не разделяем их удивления по поводу того, что курица несет яйца. В их
тирадах полно ерунды, и все же там не только ерунда. Мы должны им
сочувствовать, должны стараться их понять. Мы должны помнить, что многое
нужно забыть и многому научиться, когда впервые лицом к лицу сталкиваешься
с жизнью. Не так это легко - отказаться от своих идеалов, и жестокие факты
нашего повседневного бытия - горькие пилюли. Душевные конфликты юности
бывают очень жестоки, и мы так мало можем сделать, чтобы как-то помочь.
- Неужели вы действительно думаете, будто во всей этой чепухе, которую
нес Роджер, хоть что-то есть? Я полагаю, это бредни; он наслушался их в
Вене. Лучше бы мы его туда не отпускали.
- Возможно, вы и правы. Возможно, года через два он перестанет витать в
облаках и стремиться к небесной славе, примирится с цепями. А возможно,
найдет то, чего ищет, если не в религии, так в искусстве.
- Мне бы страшно не хотелось, чтобы Роджер пошел на сцену, если вы это
имеете в виду.
- Нет, вряд ли это ему понравится.
- И само собой, он не может быть драматургом, у него совсем нет чувства
юмора.
- Да, пожалуй, дипломатическая служба подошла бы Роджеру больше всего.
Там это стало бы преимуществом.
- Так что вы мне советуете?
- Ничего, Не трогайте его. Это, вероятно, самое лучшее, что вы для него
можете сделать.
- Но я не могу не волноваться.
- Для этого нет никаких оснований. Вы считали, что родили гадкого
утенка; кто знает - настанет день, и он превратится в белокрылого лебедя.
Чарлз разочаровал Джулию, она хотела от него совсем другого. Она
надеялась встретить у него сочувствие.
"Он стареет, бедняжка, - думала она. - Стал хуже разбираться в вещах и
людях; он, наверное, уже много лет импотент. И как это я раньше не
догадалась?"
Джулия спросила, который час.
Пожалуй, мне пора идти. Надо как следует выспаться этой ночью.
Спала Джулия хорошо и проснулась с ощущением душевного подъема. Вечером
премьера. Она с радостным волнением вспомнила, что, когда она после
репетиции уходила вчера из театра, у касс начали собираться люди, и
сейчас, в десять часов утра, там, вероятно, уже стоят длинные очереди.
"Им повезло сегодня с погодой".
В прежние, такие далекие теперь времена Джулия невыносимо нервничала
перед премьерой. Уже с утра ее начинала подташнивать, и по мере того как
день склонялся к вечеру, она приходила в такое состояние, что начинала
подумывать, не оставить ли ей театр. Но сейчас, пройдя через это тяжкое
испытание столько раз, Джулия в какой-то степени закалилась. В первую
половину дня она чувствовала себя счастливой и чуть-чуть взволнованной,
лишь под вечер ей делалось немного не по себе. Она становилась молчаливой
и просила оставить ее одну. Она становилась также раздражительной, и Майкл
знал по горькому опыту, что в это время лучше не попадаться ей на глаза.
Руки и ноги у нее холодели, а когда Джулия приезжала в театр, они
превращались в ледышки. И все же тревожное ожидание, томившее ее, было ей
даже приятно.
Утро у нее было свободно - ехать в театр на прогон всего спектакля без
костюмов надо было лишь в полдень, поэтому встала она поздно. Майкл не
появился к ленчу, так как должен был еще повозиться с декорациями, и
Джулия ела одна. Затем легла и проспала, не просыпаясь, целый час. Она
намеревалась отдыхать до самого спектакля. Мисс Филиппе придет в шесть,
сделает ей легкий массаж; к семи Джулия хотела снова быть в театре. Но,
проснувшись, она почувствовала себя такой свежей и отдохнувшей, что ей
показалось скучно лежать в постели: она решила пойти погулять. Был
прекрасный солнечный день. Так как городской пейзаж она предпочитала
загородному и дома ей нравились больше, чем деревья, Джулия не пошла в
парк, а стала медленно прогуливаться по соседним улицам, пустынным в это
время года, глядя от нечего делать на особняки и думая, насколько их
собственный нравится ей больше. У нее было спокойно и легко на душе.
Наконец Джулия решила, что, пожалуй, пора возвращаться. Только она подошла
к углу Стэнхоуп-плейс, как услышала голос, звавший ее по имени, не узнать
который она не могла.
- Джулия!
Она обернулась, и Том, расплывшись в улыбке, догнал ее. Джулия не
видела его еще после возвращения из Франции. Он был весьма элегантен, в
нарядном сером костюме и коричневой шляпе. Лицо покрывал густой загар.
- Я думала, тебя нет в Лондоне.
- Вернулся в понедельник. Не звонил, так как знал, что ты занята на
последних репетициях. Я сегодня буду в театре. Майкл дал мне кресло в
партере.
- Прекрасно.
Не вызывало сомнений, что он очень рад ее видеть. Он сиял, глаза его
блестели. Джулия с удовлетворением отметила, что встреча с Томом не
всколыхнула никаких чувств в ее душе. И в то время, как они продолжали
разговор, задавалась про себя вопросом, что в нем раньше так глубоко
волновало ее.
- С чего, ради всего святого, ты вздумала бродить одна по городу?
- Вышла подышать. Как раз собиралась возвращаться и выпить чаю.
- Пойдем выпьем чаю у меня.
Его квартира была за углом. Том заметил Джулию, когда подходил к своим
дверям.
- Ты так рано вернулся с работы?
- Сейчас в конторе не особенно много дел. Знаешь, один из компаньонов
умер около двух месяцев назад, и у меня увеличился пай. А это значит - мне
все же удастся не расставаться с квартирой. Майкл вел себя на редкость
порядочно, сказал, что я могу не платить до лучших времен. Мне ужасно не
хотелось уезжать отсюда. Заходи. Я с удовольствием приготовлю тебе чашку
чаю.
Том болтал так оживленно, что Джулии стало смешно. Слушая его, никому
бы и в голову не пришло, что между ними когда-нибудь что-нибудь было. В
нем не заметно было ни малейшего смущения.
- Хорошо. Но у меня есть всего одна минута.
- О'кей.
Они свернули к его дому, Джулия первой пошла по узкой лестнице наверх.
- Проходи дальше, в гостиную, а я поставлю воду на огонь.
Джулия вошла в комнату и села. Огляделась. В этих стенах разыгралась
трагедия ее жизни. Здесь ничего не изменилось. Ее фотография стояла на
старом месте, но на каминной полке появилась еще одна - большой снимок
Эвис Крайтон. На ней было написано: "Тому от Эвис". Чтобы увидеть все это,
Джулии хватило одного взгляда. Комната казалась ей декорацией, в которой
она когда-то давно Играла; была знакома, но ничего больше не значила для
нее. Любовь, которая снедала ее, ревность, которую она подавляла,
исступленный восторг поражения - все это было не более реально, чем любая
из ее бесчисленных прошлых ролей. Джулия наслаждалась своим равнодушием.
Вошел Том - в руках его была подаренная ею скатерть - и аккуратно
расставил чайный сервиз, который тоже подарила она. Джулия и сама не
понимала, почему при мысли, что он так вот бездумно пользуется всеми ее
подарками, ее начал разбирать смех. Том принес чай, и они выпили его, сидя
бок о бок на диване. Он продолжал рассказывать ей, насколько улучшилось
его положение. Как всегда, стараясь быть любезным, он признался, что
больший пай в фирме ему дали за то, что он привлек туда много новых
клиентов, а это ему удалось только благодаря ей, Джулии. Рассказал, как
провел отпуск. Джулии было ясно, что Том даже не подозревает, какие жгучие
страдания он некогда ей причинял. От этого ей тоже захотелось рассмеяться.
- Я слышал, тебя ждет сегодня колоссальный успех.
- Неплохо бы, правда?
- Эвис говорит, вы оба, ты и Майкл, замечательно относитесь к ней.
Смотри, как бы она тебя не обошла.
Том хотел ее подразнить, но Джулия спросила себя, уж не обмолвилась ли
ему Эвис, что надеется на это.
- Вы обручены?
- Нет. Эвис нужна свобода. Она говорит, что помолвка помешает ее
карьере.
- Чему? - Слово само собой сорвалось у Джулии с губ, но она тут же
поправилась: - Ах, да, ясно.
- Естественно, я не хочу стоять у нее на пути. Вдруг после сегодняшней
премьеры она получит приглашение в Америку? Конечно, я понимаю, ничто не
должно помешать ей его принять.
Ее карьера! Джулия улыбнулась про себя.
- Знаешь, я и вправду думаю: ты - молодец, что так ведешь себя по
отношению к Эвис.
- Почему?
- Ну, тебе самой известно, что такое женщины.
Говоря это. Том обнял ее за талию и поцеловал. Джулия рассмеялась ему в
лицо.
- Ну и забавный ты мальчик!
- Может, позанимаемся немного любовью?
- Не болтай глупостей.
- Что в этом глупого? Тебе не кажется, что мы и так слишком долго были
в разводе?
- Я за полный развод. И как же Эвис?
- Ну, это другое. Пойдем, а?
- У тебя совсем выскочило из памяти, что у меня сегодня премьера?
- У нас еще куча времени.
Том привлек ее к себе и снова нежно поцеловал. Джулия глядела на него
насмешливыми глазами. Внезапно решилась:
- Хорошо.
Они поднялись и пошли в спальню. Джулия сняла шляпу и сбросила платье.
Том обнял ее, как обнимал раньше. Он целовал ее закрытые глаза и маленькие
груди, которыми она так гордилась. Джулия отдала ему свое тело - пусть
делает с ним что хочет, - но душу ее это не затрагивало. Она возвращала
ему поцелуи из дружелюбия, но поймала себя на том, что думает о роли,
которую ей сегодня предстоит играть. В ней словно сочетались две женщины:
любовница в объятиях своего возлюбленного и актриса, которая уже видела
мысленным взором огромный полутемный зал и слышала взрывы аплодисментов
при своем появлении. Когда немного поздней они лежали рядом друг с другом,
ее голова на его руке, Джулия настолько забыла о Томе, что чуть не
вздрогнула, когда он прервал затянувшееся молчание.
- Ты меня совсем не любишь больше?
Она слегка прижала его к себе.
- Конечно, люблю, милый. Души не чаю.
- Ты сегодня такая странная.
Джулия поняла, что он разочарован. Бедняжка, она вовсе не хочет его
обижать. Право же, он очень милый.
- Я сама не своя, когда у меня впереди премьера. Не обращай внимания.
Окончательно убедившись, что ей ни жарко ни холодно от того, существует
Том или нет, Джулия невольно почувствовала к нему жалость. Она ласково
погладила его по щеке.
- Леденчик мой. ("Интересно, не забыл ли Майкл послать тем, кто стоит в
очереди, горячий чай? Стоит это недорого, а зрители так это ценят".)
Знаешь, мне и правда пора. Мисс Филиппс придет ровно в шесть. Эвис с ума
сойдет. Она и так, верно, голову себе ломает, что со мной стряслось.
Джулия весело болтала все время, пока одевалась. Она видела, не глядя
на Тома, что он не в своей тарелке. Джулия надела шляпу, затем сжала его
лицо обеими руками и дружески поцеловала.
- До свидания, мой ягненочек. Надеюсь, ты хорошо проведешь вечер.
- Ни пуха ни пера.
Он неловко улыбнулся. Она догадалась, что он не может ее понять. Джулия
выскользнула из квартиры, и, если бы она не была ведущей английской
актрисой и женщиной, которой далеко за сорок, она бы проскакала на одной
ножке до самого дома. Она была страшно довольна. Джулия открыла парадную
дверь своим ключом и захлопнула ее за собой.
"А в словах Роджера, пожалуй, что-то есть. Любовь и вправду не стоит
всего того шума, который вокруг нее поднимают".

 

Информационный поиск по сайту

Искать на сайте в разделах:
Психология Этикет Имена Статьи Блоги Афоризмы Книги Красота и здоровье
 

Знакомства в городе

случайный выбор (познакомиться в городах)